Экстремистская литература – миф или реальность?

Введение

 

Сегодня всё чаще в средствах массовой информации появляется необычное словосочетание «экстремистская литература». Чаще всего оно встречается в связи с решениями судов о запрете того или иного произведения, в котором находят нечто, что по мнению истцов, приводит, (или призывает) к вражде между членами общества. Основой вражды при этом могут быть расхождение взглядов на религию, расовую принадлежность, или на что либо другое.

Обращаясь к истории вопроса заметим, что ранее, когда книгопечатание ещё не получило широкого распространения, ситуация разрешалась с помощью цензуры. Общество остаётся в своём праве защищать свои устои, по какому бы оно принципу не было бы устроено.

В настоящее время, при широких возможностях, доступных практически каждому гражданину, печатать, издавать и распространять какие либо материалы, фактически, цензура не в состоянии справиться со своей задачей: предотвратить выход нежелательного издания. В связи с изменившимися обстоятельствами, соответственно изменился и механизм регулирования. Издание, вызвавшее подозрение на наличие в нём нежелательной информации, в судебном порядке вноситься в список «экстремистских материалов» Министерства Юстиции Российской Федерации.

 

К сожалению, казалось бы, вполне разумный феномен, который можно было бы квалифицировать как одну из функций самосохранения общества, иногда начинает действовать с прямо противоположным эффектом. Особенно, ситуация усугубилась с введением в Уголовный Кодекс РФ статьи 282 «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Примером такого «бедственного положения может служить факт, признания (и уже не однократного,), хотя и косвенного, великого русского писателя Льва Толстого экстремистом.

 

Автор, предлагает разобраться, что же происходит, и попытаться отделить «зёрна от плевен»…

 

 

 

 

1. Оправдание слова.


В своих заключениях, по выявлению признаков экстремизма, (как, например, в случае с экспертным заключением по 2-х томнику Петрова К.П. «Тайны управления человечеством») эксперты пользуются весьма мудрёными методами. Озвучим их здесь:

 

-    Качественный критериально ориентированный психолого-лингвистический анализ содержания, структуры и языка информационных материалов.

 

-    Качественно-количественный анализ (контент-анализ) содержания текста и контекста информационных материалов.

 

Не будем особо придираться к формулировке методов, скажем только, что сразу же вызывают удивление две вещи, во-первых, тавтология в первом, когда говориться, что предмет исследования есть «язык», что и так, само собой разумеется, поскольку исследуемый материал – письменное сочинение, во-вторых, использование кальки с английского языка content – содержание. Эти два мелких затруднения, уже на этапе постановке задачи, позволяют сразу же заподозрить наличие у подобного рода экспертов проблем владения, как логикой, так и русским языком.

 

Однако, не в этом самое большое заблуждение экспертов. Проблема в определении того, что же скрывается за понятием экстремизм? Не будем вспоминать историю о строительстве «вавилонской башни», скажем только, что для того, что бы существовало понимание между гражданами одного государства, между гражданами и законом, необходимо в одни и те же слова вкладывать один и тот же смысл.

 

 

 

1.1 Изначальное значение слова экстремизм.

 

Слово «экстремизм» происходит от латинского extremus (genitive:extremī) смысловое значение которого

 

а)  как существительного: редкий;

 

б) как прилагательного: странный, очень странный;

 

В случае, если мы говорим о «экстремальных видах спорта», потери смысла не происходит. Действительно, те виды спорта, которые принято называть «экстремальными» являются, и редкими, и странными, и очень странными.

 

 

 

К сожалению, в википедии латинское слово extremus ошибочно переведено как «крайний». Как мы выше показали, ни о каких «краях», «крайностях», или «окраинах» речь не идёт. К слову, заметим, что «википедия», при многих положительных качествах имеет ряд существенных недостатков, таких как:

 

1) анонимность авторов и редакторов. И авторы, и модераторы скрываются за никами, и привлечь кого-либо за ложную, или просто ошибочную информацию не представляется возможным;

 

2) информация из «википедии», априори, считается истинной; формируя некую парадигму, она способна оказывать управленческое влияние на общество путём бесструктурного управления. (Здесь следует помнить, что, не смотря на то, что подобное управление «бесструктурное», те, кто его осуществляют, без сомнения существуют.)

 

 

 

Вернёмся, однако, к слову extremus. Поскольку мы выявили ошибочность соотношения слова экстремизм к слову крайний, то, следовательно, к примеру, и заключение эксперта Л.В.Савинова: «Брошюра «Либерализм – враг свободы» может служить информационным и пропагандистским средством в формировании у широкой общественности националистических и экстремистских настроений» меняется на прямо противоположное.

 

Если, при рассмотрении вопросов политики, ультраправым и ультралевым можно приписать  «приверженность крайним взглядам», то вряд ли кому придёт в голову назвать их взгляды «редкими, или очень странными»

 

 

 

Возможно, кому-то придёт в голову соотнести понятие экстремизм с понятием «экстремума» в математике. Но, и здесь, точки экстремума функции, являются не столько «крайними», сколько «редкими».

 

 

 

1.2 Совремённое значение слова экстремизм.

 

Всякое понятие, в т.ч. и экстремизм, имеет две взаимосвязанные стороны: объём и содержание. Например, возьмём понятие «мост». Объем, есть класс обобщенных в понятии предметов. В нашем случае, мост может быть:

1) мост через реку;

2) зубной мост;

3) северный мост на материнской плате;

Содержание, есть совокупность признаков, по которым мы обобщаем предметы в данном понятии, в нашем случае «соединение двух разделённых объектов»…

 

 

 

Что же нам предлагает в объём понятия экстремизм википедия? Читаем:

1.) провокацию беспорядков,

2.) гражданское неповиновение,

3.) террористические акции,

4.) методы партизанской войны.

5.) отрицание в принципе компромиссов, переговоров, соглашений.

 

Немного более детально объём понятия экстремизм изложен в Федеральном Законе РФ «О противодействии экстремистской деятельности», читаем, экстремистская деятельность (экстремизм):

1) насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности РФ;

2) публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

3) возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;

4) пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

5) нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

6) воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

7) воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;

8) и т.д.

Следует заметить, что в законе доходчиво изложен объём понятия «экстремизм», однако, (!!!) мы нигде не находим упоминания о другой неотъемлемой составляющей  вышеуказанного понятия - о его содержании. Содержание рассматриваемого понятия есть свойство быть редким. Если мы попытаемся соединить объем и содержание, что бы получить цельное понятие мы получим нонсенс.

 

Рассмотрим наше утверждение на примере пункта 3) возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни. Как к данной формулировке можно применить свойство быть редким? Попробуем сформулировать: редкое (не частое, странное) возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни, согласно закону, является наказуемым. Но, тогда по законам формальной логики частое (не редкое, привычное) возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни – не является уголовно наказуемым, что вообщем-то противоречит уже здравому смыслу.

 

 

 

1.3 Как понимают в настоящее время слово экстремизм.

 

Ситуацию может просветить опрос населения, в котором респондентам был задан вопрос: Как Вы понимаете слово 'экстремизм', что оно означает?

 

 

 

К сожалению, приходится констатировать не только не способность понять, о чём идёт речь у большинства респондентов, («нет ответа, или ответ не в тему» - 63%) но и следующие два фактора как результат «бесструктурного управления»:

 

1)  «ложную атрибуцию» - 23%, выразившуюся в ответе «агрессивные методы борьбы» - бесструктурное управление, через действия судебной ветви власти путём инициации «антиэкстремистского законодательства».

 

2) подачу «ложной информации» (9%) через википедию, в случае с ответом «крайнее выражение политических взглядов»

 

 

 

1.4 Логика совремённого понимания термина экстремизм.

 

Допустим на миг, что трактовка латинского слова extremus всё же соответствует той, которую утверждает википедия, и является «крайней, превосходной степенью» какого-то явления. Тогда, в случае политологии, где существуют такие понятия как национализм и интернационализм, мы в полном праве назвать их крайними. Ведь, по отношении к национализму, интернационализм находиться на «другом краю». Следовательно, к этим понятиям, и  «национализм», и «интернационализм» вполне правомерно применение характеристики: являютсяэкстремизмом, что так же противоречит здравому смыслу.

 

 

 

1.5 Вывод.

 

Таким образом, мы видим, что в масштабах общества, следующими действиями:

 

а) расширения объема понятия, через перечисления действий;

 

б) заменой содержания на прямо противоположное;

 

происходит подмена понятия экстремизм на другое понятие, логически противоречивое, и лишённое здравого смысла.

 

Самое удивительное то, что подобная подмена понятия, используемого в судебной практике, сама по себе уже является «экстремизмом», потому как ведёт к непониманию и конфликтам в обществе.

 

 

 

 

 

 

2. Литература и экстремизм.


Что может быть общего между литературой и экстремизмом? Мы ещё со школы знаем, что литература бывает: художественная, детская, научная, публицистическая, документальная. Так же, литература делиться на разделы: фантастика, детективы, приключенческую…

 

Какая же литература чаще всего попадает в разряд экстремистской? Чаще всего это случается с публицистикой, что вполне понятно. Однако, не редки случаи когда обвинению подвергаются и такие виды литературы как художественная, детская, научная. Для удобства анализа разделим условно все печатные материалы на публицистику и не публицистику.

 

 

 

1.1 Не публицистика.

 

Справедливости ради, необходимо сказать, что подобные обвинения вовсе не беспочвенны. Перефразируя слова известного украинского писателя Павла Загребельного, можно сказать, что: «человечество всю свою историю воевало, молилось и любило». В его истории было намешано всего и страсти, и ненависти, и великого, и низкого, чудовищные злодеяния, и беспримерные самопожертвования. Всё это нашло отражение и в художественной литературе, и в исторических летописях, и даже в детских сказках. При всём желании невозможно вычеркнуть всё то, что можно отнести ко злу, ни из истории, ни из литературных источников. Если убрать всё зло, тогда у «добра» исчезнет противник. Это означало бы не только подмену или замалчивание истории, но и пересмотр всего человеческого наследия. Здесь следует отличать пересмотр (как «переписывание») от переоценки. Первое предполагает перекраивание, переделку, а второе же только изменение оценки с сохранением первоисточника.

 

Если мы рассмотрим, что же объединяет все претензии обвинителей, то можно легко увидеть общий алгоритм. Описание в текстах «акта насилия» приравнивается к «призыву к насилию». Описание «акта унижения» приравнивается к «оправданию унижения».

 

Яркий пример подобного алгоритма уже давно известен как в литературе, так и в трудах посвящённых теории литературы. Возьмём хотя бы известного польского писателя Станислава Лема. В одной из своих книг (1961) он обыгрывает следующую ситуацию:

- Это.., для того.., чтобы нельзя было.., убивать.

 

- Не может быть! Человека?!

 

- Никого...

 

- И животных?

 

- Тоже. Никого...

 

Она сплетала и расплетала пальцы, не сводя с меня глаз, - будто этими словами спустила меня с невидимой цепи, будто вложила мне в руки нож, которым я могу ее пронзить.

 

- Наис, - сказал я совсем тихо. - Наис, не бойся. Правда.., не надо меня бояться. Она пыталась улыбнуться.

 

- Слушай...

 

- Что?

 

- Когда я тебе это сказала...

 

- Ну?

 

- Ты ничего не почувствовал?

 

- А что я должен был почувствовать?

 

- Представь, что ты делаешь то, что я тебе сказала...

 

- Что, я убиваю? Я должен это себе представить? Она содрогнулась.

 

- Да...

 

- Ну и что?

 

- И ты ничего не чувствуешь?

 

- Ничего. Но ведь это же только мысль, я совсем не собираюсь...

 

- Но ты можешь? Да? Действительно, можешь? Нет, - шепнула она одними губами, словно самой себе,

Сам факт «возможности» что-то сделать приравнивается, чуть ли не к «обязательности» исполнения прочитанного или сказанного. В книге вопрос разрешается просто, это только мысль, которую никто, и ничто не обязывает к реализации. Но гениальность писателя не заканчивается на разрешении вопроса. В поведении героини из отрывка отражается тенденции общественной реакции. Она так и не смогла победить свой страх, подобно тому, как не могут его победить те, кто выдвигает обвинения литературе в экстремизме.

 

Подводя итог в части «не публицистики», хочется заметить, что данная часть литературы всю свою историю была материалом, на котором осуществлялось воспитание человека. С её помощью не только определялись моральные устои, но и утверждались мужество, сострадание, честность, стойкость, чуткость, патриотизм, те положительные качества, которые противостоят злу.

 

 

 

1.2 Публицистика.

 

Немного сложнее обстоят дела с той частью материалов, которые относятся к публицистике, и ещё к научным и научно-популярным трудам. Без сомнения существует ряд статей, в которых звучат прямые и непосредственные призывы к насилию, и которые не могут быть оправданы ни с каких позиций. С другой стороны существуют произведения, в которых подобные призывы отсутствуют, но наличествуют описание противоречий и противоборства между различными социальными группами.

 

Сам факт назначения судебной экспертизы уже утверждает тот факт, что наличие «запрещённого содержания» вызывает сомнения у судей. Говоря простыми словами, они не совсем понимают, что же хотел сказать автор. В части художественной литературы, существовал и существует такой феномен, как «литературная критика», назначение которой объяснить читателю, что же имел в виду автор, вскрыть его замысел. Критика, в данном случае, излагает своё видение, не навязывая, однако, своего мнения читателю.

 

Методы литературной критики разительно отличаются от тех методов, которые применяют эксперты для нахождения признаков экстремизма. Литературные методы в своём основании имеют философское мировоззрение критика. Так, дедуктивно-силлогический метод критики опирался на схоластику, а дедуктивно-рационалистический метод, на рационализм картезианства.

 

Вспомним ещё раз название методов, которые заявляются совремёнными экспертами, для поиска признаков экстремизма в экспертном заключении по 2-х томнику Петрова К.П. «Тайны управления человечеством»:

 

-    качественный критериально ориентированный психолого-лингвистический анализ содержания, структуры и языка информационных материалов;

 

-    качественно-количественный анализ (контент-анализ) содержания текста и контекста информационных материалов;

 

Так же заявляется, что:

 

«Психолого-лингвистическое исследование письменных вариантов текстов проводилось с помощью лексико-семантического и семантико-синтаксического анализа высказываний в соответствии с методиками производства логико-грамматического, лингвостилистического и семантико-синтаксического анализа русскоязычного текста.»

 

В качестве критериев оценки использованы:

 

- ложная идентификация;

 

- ложная атрибуция;

 

- мнимая оборона;

 

Если быть до конца честным, то от одного перечисления специфических научных терминов оторопь берёт. Получается, что обычного прочтения является не достаточно, что бы определить экстремистскую направленность текста. К тому же, большинство читателей, на которых направлен, к примеру, 2-х томник Петрова К.П. «Тайны управления человечеством», не владеют вышеперечисленными научными методами. Следовательно, влияние, которое окажет на них книга, никоим образом, не будет совпадать с тем, которое постулируют эксперты. Что, собственно, говорит о бессмысленности данной экспертизы при анализе влияния данного произведения на общество. Постулированное экспертами влияние данное произведение окажет, разве что только на того, кто владеет методами экспертов.

 

Не может так же не вызывать удивления применения одним из экспертов, М.А.Лаппо, в качестве одного из методов, дефиниционного анализа. [Рисунок 1]. Смысл данного метода заключается в поиске значения исследуемого слова, что мы собственно и наблюдаем в заключении:

 

1) выбирается фрагмент, содержащий определённые, ключевые слова;

 

2) из толковых словарей приводится значение данных ключевых слов;

 

3) из наличия в избранном фрагменте ключевых слов, негативного значения, делается вывод о негативном значении всего фрагмента [Рисунок 2].

 

Результатом применения дефиниционного анализа, является то, что акцент анализа смещается с «того, что хотел сказать автор» на то, «произнёс ли автор определённые слова»?

 

 

 

1.3 Выводы.

 

Таким образом, мы видим, что на совремённом этапе развития общества, понятие «экстремизм» стало весьма и весьма спекулятивным. Понятие, которое непонятно простому большинству населения России, и которое стало одним из ключевых в уголовном кодексе РФ.

 

Нет сомнения, что применяя сложные научные методы «глубокого погружения», и дефиниционного анализа, многие аспекты, которые имеют признак экстремизма, могут быть легко найдены чуть ли не во всех художественных книгах. Если идти этим путём, то придётся признать, экстремистской, и запретить всю античную литературу, в которой рабство расценивается как норма.

 

В ещё более сложном положении оказывается публицистическая литература. Как в прошлом, так и в настоящем, между разными группами людей существуют разного рода противоречия. В обществе вполне легально используются такие средства манипулирования массовым сознанием как:

 

а) эксплуатацией страхов и опасений людей;

 

б) апелляция к мнению авторитетных людей;

 

в) использование вопросительных форм как способ языкового воздействия на аудиторию;

 

г) односторонняя, тенденциозная подборка сведений и аргументов.

 

Данные средства манипуляции повсеместно используются в рекламе, в политической жизни, и даже в образовании. Однако, для эксперта Л.В.Савинова [Рисунок 3] данные средства оказались «значимыми» при составлении экспертного заключения о наличии признаков экстремизма. Что это как не лицемерие?

 

Хотелось бы спросить у подобного рода экспертов: «позволят ли их глубокие научные методы определить присутствие лицемерия в русскоязычных текстах?» Лицемерия, которое раньше определялось литературными критиками, которые не отделяли себя от читателей использованием специальных научных методов.

 

Хочется надеяться, что присутствие здравого смысла всё же позволит находить общий язык в отношениях людей друг с другом, и в отношениях гражданин – государство.

 

 

 

Заключение 1

 

Без сомнения, существуют материалы, имеющие антиобщественную направленность. Что бы, на начальном этапе, возврата понятию его изначального смысла, имеет возможность всё же им пользоваться, следует привнести довесок к понятию, некий вспомогательный признак, скажем:

 

а) Экстремизм-в-смысле-редкий-странный;

 

б) Экстремизм-в-смыле-террористически-антиобщественная-деятельность;

 

 

 

Безусловно, самым разумным было бы найти для пункта «б)» другой термин, слово, понятие, а пункт «а)» вообще исключить из общественно-политического словаря. Общее свойство материалов подразумеваемых под пунктом «б)», является то, что они, обычно, подобно служебным\отраслевым\министерским инструкциям, направлены на узкий круг людей, на ограниченную аудиторию. Как следствие они не могут быть классифицированы как «литература». (Так, должностные инструкции вряд ли можно отнести к литературным произведениям!). Равно как и понятие термина по пункту «а)» так же мало соотносится с широкими общественными слоями, по причине «содержания\сути» понятия, т.е. свойства «быть редким», а значит, так же, вряд ли стоит классифицировать как литературу.

 

И наоборот, литературные произведения, (ЛИТЕРАТУРА), по своему изначальному свойству направленны к широким кругам общества. Соответственно, в равной степени не могут быть признаны\ассоциированы с  экстремизм-в-смыле-террористически-антиобщественная-деятельность, так и не могут быть признаны\ассоциированы с экстремизмом-в-смысле-редкий-странный…

 

 

 

Таким образом, словосочетание «экстремистская литература» несёт в себе фундаментальное, смысловое противоречие, потому как:

 

 

 

- литература не может быть экстремистской;

 

- экстремистское – не может быть квалифицированным как литература;

 

 

 

Даже если рассмотреть смысловое содержание материалов из пункта «б)», например, призывы к терроризму, то подобные материалы не могут быть направлены на массового читателя, хотя бы потому, что сам терроризм, как раз и направлен против «массового читателя». Подобные материалы направлены на узкий круг «потенциальных» исполнителей, а значит, могут быть классифицированы не как «литературные произведения», но лишь как «должностные инструкции»…

 

 

 

Заключение 2

 

Настоящая, короткая статья написана, прежде всего, для думающих людей, способных на простейший анализ. Без сомнения, темп совремённой жизни оставляет нам всё меньше времени на раздумья, на обдумывание и анализ происходящего. ТВ и СМИ агрессивно пытаются отучить широкие слои население от этих простых вещей, навязать жизненные установки чуждые «человеческому», навязать те ценности, которые ценностями-то и не являются…

 

В данной статье автор желал показать пример мышления, не задавленного стереотипами. Пример осторожного доверия к материалам Википедии, которая, далеко не всегда является истиной в последней инстанции. Пример самостоятельного мышления и анализа событий происходящих в окружающей нас действительности.

Рисунок 1


Рисунок 2

 

Рисунок 3

Чтобы оставить комментарий Вам надо зарегистрироваться на сайте

Мы ВКонтакте

 

Сайты


Статистика

Посетители
853
Материалы
2025
Количество просмотров материалов
9245025

Интернет Ресурсы