Каково крещенице!

Валерий ЕМЕЛЬЯНОВ

Для "богоизбранных" с их паранойным стремлением к всемирному господству, многократно закреплённому в Ветхом Завете и Талмуде, массовое тиражирование вышеуказанного типа "интернационалистов" в течение тысячелетий являлось идеологической задачей первостепенной важности.

На Руси коренная ломка идеологии имела место всего дважды: в 988 году и в 1917 году, как и положено, оба раза насильственно.

 

 

 

 

Однако в отличие от 1917 года, в 988 году и его окрестностях смены формации не наблюдалось. Тем не менее, в так называемом надстроечном плане - в области идеологии, этот год имеет такое же всемирно-историческое значение, как и 1917 год. Ведь именно в 988 году международному Сиону удалось сокрушить главный, и практически уже последний, в то время главный, центр арийской идеологии, заменив его реформированным, вернее, осперантизированным иудаизмом в форме восточной ветви христианства, т.е. православия. Тем самым самый крупный автохтонный народ Европы был поставлен на рельсы массового тиражирования иудофильства при одновременном оплёвывании всей своей прежней арийской истории, идеологии и культуры. Именно с этого года и берёт начало в нашей стране указанная выше мнимая "интернационализация", пагубные последствия которой не сумел до конца искоренить даже Великий Октябрь 1917 года, а уж тем более христианин К.Леонтьев!

Исполнителем этого чудовищного злодеяния над национальным идеологическим достоянием нашего народа стал князь Владимир, сын князя Святослава от ключницы его матери кн.Ольги - некой Малуши (имя ласкательное от еврейского имени Малка). Отцом означенной Малуши был "равв" - раввин из города Любеча, также носивший еврейское имя Малк*, что совершенно неудивительно, если учесть, что один из древнейших русских городов Любеч до 882 года находился в вассальной зависимости от иудейского Хазарского каганата, платил ему дань и кишмя кишел иудейскими купцами, раввинами и прочими оккупантами-эксплуататорами из "богоизбранных".

В 882 году князь Олег освободил Любеч от оккупантов, но их остатки сумели втереться в доверие и при дворе.

Несторовская цензура дохристианских летописей привела к переосмыслению слова "равв" или "рабб"; удвоение согласной пропало и слово стало возводиться к глаголу "робити"; потомок раввина Малка, который даже в "Повести временных лет" остался фигурировать как "робичич", т.е. "раввинач" стал во всех историях России упорно переводиться как "сын рабыни".

Узнав, что Малуша зачала от Святослава, разгневанная кн.Ольга сослала её в село Будутино близ Пскова, где и родился Владимир. Это обстоятельство весьма примечательно: Ольга сама происходила из простых псковских женщин, и её будущий муж познакомился с ней в её бытность перевозчицей на реке Великой. Князю Игорю она приглянулась за свою смелость и отвагу на этой нелегкой даже для мужчины работе. Поэтому Ольгу нельзя заподозрить в классовом чванстве, когда она ссылала Малушу.

Гнев Ольги был вызван не классовым чванством, а идеологической несовместимостью её сына с Малушей - Малкой, тем, что Малка была дочерью коварного эксплуататора русского люда. Не лучше относился к плоду своей мимолётной - по пьянке - связи с ключницей и сам Святослав Игоревич. Вот что мы читаем по этому поводу в книге "История России в картинках", вып. 1, картины и текст составлены В.Золотовым, изданы Н.Дементьевым, Спб. 1864 г. № 9.

"Когда отъезжал Святослав в свою любимую Болгарию, покидая навсегда Русскую Землю, то старшему из сыновей его, Ярополку, было не более 10 лет, а Олегу - около 9; несмотря однако ж на их малолетство, Святослав посадил княжить Ярополка в Киеве, а Олега - в Земле Древлянской, разумеется, под надзором воевод; не назначил никакого удела только самому младшему, Владимиру, как сыну рабыни. Новгородцы, узнавши, что Святослав назначил особого князя Древлянам, обиделись; они не хотели более повиноваться посадникам Святослава и прислали к нему своих старшин просить у него себе князя и при этом сказать ему, что если он не даст им кого-либо из своих сыновей, так они призовут к себе князя из-за моря. Ярополк и Олег, конечно, по наущению дядек своих воевод отказались ехать к новгородцам: не хотели променять тёплого, привольного юга на холодный болотистый север. Тогда новгородцы, по совету Добрыни, стали просить себе в князья Владимира, а Добрыня был ему родной дядя, брат его матери. Святослав не любил новгородцев и, отпуская к ним Владимира, сказал: "Возьмите его, по вас и князь!" Новгородцы поблагодарили и с торжеством повезли к себе малолетнего Владимира, с ним отправился и дядя его Добрыня и правил Новгородом, пока возмужал Владимир". (Источник: "Повесть временных лет" - В.Е.).

Мы процитировали отрывок из указанной книги 1864 года неслучайно: этот труд, изданный в самый расцвет православия как господствовавшей идеологии, труд, основанный на традиционном многовековом осмыслении летописных первоисточников, никак нельзя заподозрить в предвзятости к равноапостольному Владимиру Святому, крестившему Русь. Ведь титул равноапостольного имеет в русской православной церкви только он один (из Руси).

Небезынтересно остановиться несколько подробнее и на фигуре родного брата Малуши - Добрыни*. На первый взгляд, его имя - чисто русское. Однако при ближайшем рассмотрении его имя чисто еврейское Дабран - "хороший оратор", "краснобай", "говорун". Ввиду очень близкого созвучия с русским именем Добрыня, сына раввина Малка Дабрана кликали Добрыней. Кстати, от того же еврейского корня "говорить", "замышлять", "сговариваться" происходят также еврейские фамилии, как Деборан, имя - Дебора (пчела, т.к. она, жужжа, вроде бы замышляет ужалить) и т.д. Во время крещения новгородцев он проявил во весь левитский размах: коварство, подлость и беспредельную жестокость как результат воспитания в семье раввина-левита. Русские летописи - красноречивое тому свидетельство.

В отличие от Новгорода настоящий русский Старгород находился в районе теперешних западногерманских земель Ольденбург и Макленбург и примыкающего к ним балтийского острова Рюген. Именно там и находилась Западная Русь или Рутения. Что же касается варягов, то это не этноним, обычно ошибочно ассоциируемый с норманами, а название профессии воинов.

Воины-наемники, объединяемые под общим названием варяги, были представителями разных народов западно-балтийского региона. Западные руссы тоже имели своих варягов. Именно из их числа и был призван родной внук новгородского князя Гостомысла - Рюрик, сын его средней дочери Умилы, выданной замуж в район Западной или Старгородской Руси. Он пришёл в Северную Русь со столицей в Новгороде, так как мужская линия Гостомысла угасла ещё при его жизни. Старшая дочь, видимо, была замужем за не-славянином, поэтому старший внук и не нравился свободолюбивому новгородскому народу.

Новгород к моменту прихода Рюрика и его братьев Синеуса и Трувора был древнее Киева - столицы Южной Руси - на века. Междоусобные претензии на первенство также имели многовековую традицию. Именно поэтому киевлянин Святослав в силу южно-русских традиций так недоброжелательно относился к Новгороду, сплавив туда незаконнорожденного сына-полукровку. Однако Дабран-Добрыня не дремал. Он направил своего родного племянника на раввинистическую стажировку в более иудизированную Западную Русь, где тот мог беспрепятственно, без лишних свидетелей получать инструктаж, как взорвать изнутри последний мощный оплот арийской идеологии на огромных просторах Северной и Западной Руси - на пространствах от Белого до Чёрного морей.

Несмотря на то, что арийская идеология Западной Руси была сломлена первокрестителем поморских славян Оттоном Бамбергским в первой четверти XII века, а последний оплот Западной Руси - остров Рюген - был окончательно раздавлен как самостоятельная русская единица в 1168 году, уже во времена двухлетней "служебно-раввинистической" командировки Владимира арийская вера там сильно деградировала в результате мало заметной на поверхности подрывной деятельности иудеев-"язычников". Именно они ещё задолго до командировки Владимира успели развратить западных руссов повсеместным насаждением грубых идолов и храмов-капищ, а главным образом - принесением кровавых человеческих жертв, как правило, - невинных мальчиков, кровь которых пользовались большим спросом.

Теперь Владимир знал, как отомстить ненавистным ему родичам по отцовской линии за потерю власти родичами его деда по матери в Любиче, за разгром Хазарского каганата. Нет, он не возведёт ненавистных русских в ранг "богоизбранных" путём обращения их в иудаизм. Это могло бы привести к подрыву "богоизбранных" изнутри: для этого он слишком хорошо знал русских. Он взорвёт их арийство изнутри путём введения рабской иудофильской идеологии христианства. В Западной Руси он убедился, как хорошо и вольготно живётся "богоизбранным" при христианских правителях Западной Европы. Он понял, что залог этого вольготного житья его соплеменников по материнской - по иудейскому праву - главной линии, в христианской интернационализации.

Вернувшись на Новгородчину с нанятой из синагогальной кассы варяжской дружиной подонков, готовых на всё за хорошую плату, он узурпирует власть в Южной Руси, безжалостно и вероломно убив своего брата Ярополка: ведь он - всего-навсего гой, двуногий скот "богоизбранных".

Воссев на киевский престол, он по ранее разработанному коварному плану начинает проявлять псевдоповышенное почтение к арийским богам: приказывает поставить ранее неизвестных нам идолов и не только поклоняться им, но и приносить в жертву невинных мальчиков.

"И осквернися кровьми земли Руське" - гласит летопись.

Жертвенная кровь собиралась и поступала заказчикам.

10 лет идолопоклонства, сопровождавшегося кровавым изуверством, как и было запланировано, взорвали наше арийство изнутри. Народ стал роптать на собственных богов, которым до этого благоговейно и без эксцессов поклонялся веками и тысячелетиями.

И в 988 году по приказу того же Владимира, который именовал себя не иначе как "каганом земли Русской", идолов низвергли, а народ силой погнали в Днепр и другие реки, дабы приобщить к христианской интернационализации.

Однако иудофильская интернационализация была бы неполной, если бы у народа осталась память о своей прежней многотысячелетней истории и культуре, а особенно - о прекрасной идеологии, записанной в наших древних книгах.

Последние научные открытия, равно, как и древние забытые не без помощи "богоизбранных", свидетельства, говорят о том, что дохристианская Русь, как на Севере, так и на Юге, была страной почти сплошной грамотности. И это христианская ложь, что до Кирилла и Мефодия мы были неграмотны; ведь именно в житии св. Кирилла говорится, что он видел в Корсуни в Крыму Евангелие у одного русского, написанное русскими же буквами.


Чтобы оставить комментарий Вам надо зарегистрироваться на сайте

Мы ВКонтакте

 

Сайты


Статистика

Посетители
853
Материалы
2025
Количество просмотров материалов
8927870

Интернет Ресурсы